Alegerile parlamentare din 2019 în Republica Moldova - alegeri.md
 МониторингПолитикаКомментарии

Восприятие внешних отношений (Часть II)

|версия для печати||
Игорь Боцан / 4 марта 2007
ADEPT logo

Тенденции явные, но официально не признанные

В силу определенных факторов на внутриполитическую стабильность в Республике Молдова сильное воздействие оказывают ее внешние отношения. Однако, по мнению многих аналитиков, власть не проявляет достаточной решимости и твердости для того, чтобы обеспечить новым тенденциям соответствующую законодательную поддержку, несмотря на то, что после парламентских выборов в марте 2005 года произошли коренные изменения в восприятии и оценке гражданами внешних отношений. 1 марта 2006 года исполнился ровно год с момента представления главе государства новых концепций внешней политики и безопасности Республики Молдова. Эти документы разработали две национальные комиссии, учрежденные на основании президентских указов. Примечательно, что эти указы были изданы сразу же после обнародования результатов Барометра общественного мненияRO, проведенного Институтом общественных политик (ИОП) в декабре 2005 года. Барометр зафиксировал резкое изменение восприятия гражданами внешних отношений страны, а последующие опросы подтвердили и акцентировали новые тенденции.

Хотя вышеназванные концепции были разработаны и представлены главе государства в установленные сроки, что свидетельствует об интересе к ним на этапе разработки, о их дальнейшей судьбе известно очень мало; этот момент затрагивался, в частности, когда депутаты от оппозиции попытались ввести в повестку дня Парламента вопрос о выходе Республики Молдова из СНГ, а также по другим поводам, с меньшим общественным резонансом. В настоящий момент, по всем показателям, проблема принятия новых концепций безопасности и внешней политики перестала волновать власть. В этом смысле дано понять, что, по сути, нет никакой надобности придавать официальный характер новым концепциям безопасности и внешней политики, что ограничило бы поле для маневров в отношениях с внешними партнерами и вызвало бы бесполезные дискуссии.

Как Вы оцениваете отношения РМ со следующими странами? (хорошие/очень хорошие)

Результаты барометров четко и однозначно указывают на то, что риторика и линия поведения молдавских властей в отношениях с внешними партнерами более или менее адекватно воспринимаются гражданами. Это в значительной степени можно отнести на счет средств массовой информации, вернее, их методов освещения событий, связанных с внешней политикой и безопасностью.

СНГ — содружество разрыва между словом и делом

Отношения с Россией

Самым красноречивым является восприятие ухудшения отношений Республики Молдова с Россией. В последние два года около 40% граждан отметили эту тенденцию. Обвинения в адрес молдавских властей, согласно которым именно Кишинев испортил отношения со стратегическим партнером, не совсем корректны, учитывая, что Россия драматически испортила отношения с самым преданным своим союзником — Республикой Беларусь. Поведение Российской Федерации по отношению к государствам СНГ лишь подчеркивает тот факт, что это содружество — временное. Известные три резолюции Государственной Думы Российской Федерации, принятые в феврале 2005 года, всего лишь за две-три недели до парламентских выборов, были адресованы главным образом Республике Молдова и содержали открытые угрозы в ее адрес. Угрозы были очень скоро приведены в действие практически полностью в результате введения со стороны России эмбарго на растениеводческую, животноводческую и винодельческую продукцию из Молдовы.

В настоящий момент плохие отношения Республики Молдова с Россией трудно оспорить или поставить под сомнение. И это несмотря на беседу, состоявшуюся между президентами двух стран 28 ноября 2006 года на последнем саммите СНГ в Минске, в результате которой было объявлено о размораживании двухсторонних отношений и устранении барьеров в экспорте молдавских товаров на российский рынок. Это заявление имело чисто пропагандистский характер, и было выгодно как Президенту Путину, так и Президенту Воронину.

Для Президента Владимира Путина ситуация в период проведения саммита была крайне сложной:

  1. Минский саммит проходил на фоне саммита НАТО, который открылся в столице одной из бывших советских республик, буквально «под боком» — в Риге, где обсуждалась энергетическая безопасность. Путину очень хотелось избежать такого соседства этих двух мероприятий, но белорусский президент воспротивился проведению саммита в Казахстане, президенту которого надлежало предложить план реформирования СНГ;
  2. Минский саммит проходил в крайне негативном для Президента России международном информационном контексте, всего полтора месяца спустя после убийства журналистки Анны Политковской и вскоре после смерти Владимира Литвиненко;
  3. Россия находилась в состоянии острого и крайне опасного конфликта с одним из государств СНГ — Грузией, в зоне стратегического интереса для США и ЕС — Черноморском бассейне;
  4. Официальная повестка дня саммита СНГ полностью провалилась, а проект реформирования СНГ казахский Президент Нурсултан Назарбаев предложит к обсуждению на очередном саммите.
На этом негативном фоне Президенту Владимиру Путину было позарез необходимо хотя бы одно событие положительного характера. И такое событие Путин придумал с ходу: проигнорировав политику, сознательно проводимую собственным Правительством, он провел специальную встречу с молдавским Президентом Владимиром Ворониным. Этот шаг он проделал с целью доказать, что на пространстве СНГ, которому никак не удается реформироваться, происходят не только акты подрыва суверенитета стран-членов в результате открытой поддержки сепаратистских режимов; шантаж, за которым следует приостановление поставки энергоресурсов; торговые эмбарго и пр., но и положительные моменты. Именно в этом контексте Президент Путин соблаговолил говорить о снятии ограничений на импорт молдавских товаров и о разблокировании двусторонних отношений. Эффект был поразительным. Контролируемые российские СМИ молниеносно превратили единственный на саммите СНГ положительный элемент в сенсацию. Но подлинный смысл «размораживания» отношений между Российской Федерацией и Республикой Молдова становится ясным, если принять во внимание тот факт, что всего лишь за пару часов до начала беседы двух президентов главный санитарный врач и министр сельского хозяйства России успели выступить с заявлениями о том, что молдавские сельскохозяйственные и продовольственные товары, а также вино никогда не вернутся на российский рынок и что приняты меры по недопущению их реэкспорта через третьи страны. Этот последний штрих высвечивает тот факт, что Президент Путин решил отойти от политической линии своего Правительства с единственной целью — сфабриковать хотя бы одно положительное событие в рамках минского саммита. Разумеется, позже все вернулось «на круги своя».

Справедливости ради следует сказать, что положительное событие на минском саммите СНГ было нужно и президенту Воронину — для улучшения восприятия своего внешнеполитического курса:

  1. часть оппозиции обвиняла главу государства в проведении внешнеполитической линии в ущерб хорошим отношениям с Россией, что и стало причиной, по их мнению, торгового эмбарго и повышения цен на природный газ;
  2. накануне выборов башкана гагаузской автономии, главным экспортным товаром которой является вино, был крайне необходим положительный сигнал о скором возобновлении экспорта винодельческой продукции, чем и объясняются широко растиражированные заявления Президента Воронина о том, что «граждане России встретят Новый год с молдавским шампанским»;
  3. представители молдавского Правительства находились в процессе переговоров с представителями российского «Газпрома» на предмет заключения соглашения о поставках и ценах на природный газ, а переговоры, как известно, легче вести в атмосфере разрядки.
Впоследствии молдавская сторона выразила удовлетворение относительно переговоров по соглашению о поставке природного газа, но оппозиция оспорила предполагаемый успех, сославшись на сделанные уступки и на подрыв солидарности в рамках ГУАМ в период введения Россией полной блокады Грузии, блокады, которую далеко не сравнить с той, что, согласно настойчивым заявлениям российской стороны, была якобы введена Республикой Молдова в отношении одной своей части — Приднестровья.

Три месяца спустя после встречи Воронина и Путина появилось и официальное доказательство того, что «размораживание» отношений было бутафорией, PR-акцией. Так, 1 марта с.г., ровно через год после того, как на стол главы государства легли проекты новых концепций внешней политики и безопасности, государственное информационное агентство «Moldpress» выступило с широким комментарием, в котором констатирует следующее:

  1. после состоявшейся в прошлом году встречи президентов России и Молдовы в Минске, за которой последовали высказывания в пользу урегулирования винных и сельскохозяйственных разногласий, у Кишинева появились основания надеяться, что с откровенно враждебными акциями против молдавских властей покончено раз и навсегда, несмотря на то, что некоторые опасения на этот счет еще сохранялись;
  2. несмотря на все заявления, до сих пор ни одна партия молдавского вина, фруктов или мяса в Россию не отправлена;
  3. создается впечатление, что некие влиятельные силы в российских коридорах власти поставили задачу затянуть решение вопроса с молдавским экспортом до лета 2007 года, чтобы дыра в молдавском бюджете стала как можно больше, а Кишинев — сговорчивее на переговорах по приднестровской проблеме;
  4. в Москве готовится очередной съезд движения «Патрия — Молдова» — структуры, созданной в России под патронажем некоторых лиц из исполнительных структур Кремля. Есть серьезный повод считать, что их конечная цель — сорвать наметившееся урегулирование приднестровского конфликта и дать возможность некоторым фигурам из мира бизнеса и политики по-прежнему зарабатывать огромные деньги за счет сохранения «черной дыры» на Днестре[1].

На таком фоне нормально, что граждане воспринимают отношения с Россией как очень плохие. Более того, выводы государственного агентства «Moldpress» были обнародованы всего лишь через несколько дней после того, как Министерство иностранных дел и европейской интеграции публично выразило недовольство тем, что глава внешнеполитического ведомства России использует неадекватный язык, называя лидера тираспольского сепаратистского режима Игоря Смирнова «президентом» Приднестровья. Другое заключение «Moldpress» состоит в том, что «без одобрения высокопоставленных политиков» в России подобные «инциденты» были бы невозможны. Но так же верно и то, что и выводы государственного информационного агентства не могут быть другими, чем те, которые отражают точку зрения «высокопоставленных политиков». И что действительно примечательно — так это попытка «Moldpress» немного «сгладить углы». Сказать, что «московские политики сами себе создают врагов» в условиях, когда там установлена «вертикаль власти» — значит ничего не сказать. И в Кишиневе установлена «вертикаль власти», почему же тогда не позаимствовать и манеры выражения одного из «высокопоставленных» московских чиновников, констатируя, что в ближайшем соседстве по СНГ «товарищ Волк всех проглатывает и даже не давится»?

Отношения с Украиной

Разумеется, другим партнером Республики Молдова из СНГ, к отношениям с которым респонденты проявляют интерес, является Украина. Следовало ожидать, что восприятие отношений с Украиной изменится после президентских выборов в этой стране, состоявшихся в конце 2004 года. Действительно, за полтора года на 15% возросло число тех, кто считает отношения между Республикой Молдова и Украиной хорошими и очень хорошими. Эти тенденции объясняются тем, что в молдавских СМИ положительные сообщения об Украине касались в основном изменения политики новой власти по отношению к приднестровскому сепаратистскому режиму и совместным действиям в рамках ГУАМ.

Возвращение летом 2006 года Партии регионов Виктора Януковича к правлению привело к сокращению процента респондентов, оптимистически настроенных в оценке отношений с Украиной. Изменение восприятия обозначилось задолго до заявления бывшего министра иностранных дел Бориса Тарасюка о том, что министр транспорта в кабинете Януковича был соучастником российской стороны в ее попытках заблокировать железнодорожное движение из Республики Молдова по украинской территории с целью вынудить молдавские власти согласиться на вариант, благоприятный для Приднестровья.

Впоследствии была обнародована информация о том, что украинские магнаты являются совладельцами Рыбницкого Металлургического завода вместе с российскими магнатами, а их способность лоббирования огромна с целью ослабить давление на приднестровский сепаратистский режим. Кроме того, украинские СМИ начали все настойчивее говорить о том, что участие Киева в контроле границы в рамках EUBAM наносит ему ущерб в пользу России, которая установила полный контроль над приднестровской экономикой. Таким образом, для руководства Молдовы и ее граждан становится ясно, что только два фактора вынуждают Украину поддерживать EUBAM: заинтересованность ЕС к мониторингу границы на приднестровском участке, которой Киев не может пренебречь в силу необходимости поддерживать добрые отношений с Брюсселем; боязнь того, что предлагаемые Россией способы урегулирования приднестровского конфликта могут стать опасными прецедентами для поддержки сепаратистских тенденций в Крыму и, возможно, в юго-восточной Украине.

Учитывая такой характер отношений Республики Молдова с главными партнерами по СНГ, не стоит удивляться тому, что, согласно результатам опросов, драматически снизился процент тех, кто еще верит, что обеспечение национальной безопасности Республики Молдова может основываться на двухсторонних договорах. Тем более следовало ожидать значительного сокращения процента тех, кто считает, что присоединение Республики Молдова к Договору о коллективной безопасности СНГ в состоянии решить проблемы ее безопасности.

По Вашему мнению, как лучше всего можно обеспечить безопасность РМ?
Зато заявления молдавского руководства по поводу необходимости сохранения нейтралитета Республики Молдова находят отклики в степени восприятия респондентов. Вместе с тем, интересно, что отношение к возможному вступлению в НАТО более или менее константно. Примечательно, что за вступление в НАТО готово проголосовать больше респондентов по сравнению с теми, кто еще не определился в этом вопросе. Важно также, что в случае принятия политического решения на высшем уровне тех, кто еще не определился, можно будет убедить поддержать этот курс.
Если бы в ближайшее воскресенье состоялся бы референдум о вступлении РМ в НАТО, Вы бы...

Восприятие отношений с ЕС

Социологические исследования последних лет показывают, что интеграция в ЕС — самое заветное желание молдавских граждан. Начиная с 2003 года, когда правящая партия поставила перед собой задачу стать проводником идеи европейской интеграции Республики Молдова, число молдавских граждан, готовых проголосовать за это, неизменно колебалось между 60% — 70%. С этой точки зрения ясно, чего хотели бы молдавские граждане, как ясно и то, что готов предложить Молдове ЕС в рамках Европейской политики соседства.

Если бы в ближайшее воскресенье состоялся референдум по вопросу вступления РМ в ЕС, Вы бы...
То, что не совсем ясно молдавским гражданам, касается способности власти выполнить эту задачу. Сохранение жестких ограничений со стороны стран ЕС в отношении перемещения молдавских граждан только теперь вынуждает молдавские власти начинать искать решение. Тем временем молдавские граждане нашли альтернативный выход — восстановление румынского гражданства. В преддверии официального вступления Румынии в ЕС выступление молдавских граждан в пользу этого решения приняло массовый характер. И процент тех, кто готов покинуть Республику Молдова на некоторое время, возрос значительно.
Как бы Вы поступили, если бы у Вас появился шанс уехать из Молдовы?
Последний момент, наряду с другими, вызвало опасение молдавских властей в связи с угрозой лишиться своих граждан. Опасения проявились в официальных действиях и риторике, способной драматически испортить отношения с ближайшим соседом по ЕС. Это особо прискорбно потому, что только после президентских выборов в марте 2005 года в Румынии и парламентских в Республике Молдова двусторонние отношения значительно улучшились. На первый взгляд, «обратное развитие» обозначилось после просьбы Президента Воронина, высказанной им в июне 2006 года в ходе своего визита в Брюссель Генеральному секретарю Совета ЕС Хавьеру Солане, оказать давление на Румынию с целью убедить ее подписать базовый договор и договор о границе с Республикой Молдова. В первых числах июля последовала реплика Президента Бэсеску по поводу предложения объединить усилия для одновременного вступления Румынии и Республики Молдова в Евросоюз, которое, по его словам, молдавский президент оставил без ответа.

На фоне массового потока заявлений о получении румынского гражданства, поступивших от полумиллиона молдавских граждан, и обещаний румынской стороны упростить соответствующие процедуры последовала риторика молдавских властей, призванная обескуражить новые тенденции. Опасения молдавских властей еще более усилились в связи с более широким политическим контекстом: в 2003 году Россия и Румыния подписали Базовый договор, в котором осудили Пакт Риббентропа-Молотова; в 2005 году Россия начала вызывающе открыто выступать в поддержку сепаратистского режима в Приднестровье, а в конце 2006 года румынское правосудие в ответ на запрос высказалось по «делу Антонеску» сквозь призму того же Пакта Риббентропа-Молотова; также в 2006 году ПАСЕ рекомендовала всем странам-членам осудить преступления коммунистических режимов, что сделали совершенно в разных манерах оба соседа Республики Молдова — Румыния и Украина, последняя осудив Голодомор. Очевидно, лидерам правящей партии не по нраву такие эволюции, особенно если учесть, что у них практически нет поля для маневров в условиях, когда введенное Россией торговое эмбарго в отношении ряда стран СНГ, а также недавний конфликт между Россией и Республикой Беларусь оставляет крайне мало шансов на возможность реанимации СНГ.

В этих обстоятельствам молдавской власти спасительной представляется идея возврата к подписанию базового договора и договора о границе с Румынией, а также отказа от услуг Румынии в качестве проводника и защитника интересов Молдовы на пути евроинтеграции. Казалось, после визита в январе с.г. Президента Бэсеску в Кишинев была достигнута договоренность начать работу над этими двумя договорами. Но месяцем позже молдавские власти начали кампанию в «защиту прав» этнических меньшинств Румынии, и эта последняя деталь является четким индикатором испортившихся отношений между Кишиневом и Бухарестом.

Несмотря на это, любопытно, что в столь деликатном вопросе, как тождество румынского и молдавского языков, достигнут прогресс. Так, в недавнем интервью государственному информационному агентству «Moldpress» Президент Воронин признал, что румынский язык и молдавский идентичны. Наверное, это объясняется желанием Кишинева подписать как можно скорее два упомянутых договора, избегая дискуссии о языке, на котором будут усовершенствованы эти документы. По сути, компромисс в этом вопросе был достигнут в 2000 году, при парафировании текста молдавско-румынского договора. Прогресс особо заметен на фоне позиции, выраженной сразу же после прихода к власти Партии коммунистов в феврале 2001 года, когда один из идеологов формирования Иван Грек заявлял в партийной прессе, что будь молдавский язык трижды идентичный румынскому, «мы должны настаивать на «молдавском языке» из геополитических и этнополитических соображений». Еще более любопытно то, что официальный сайт ПКРМ поместил статью за подписью бывшего посла Республики Молдова в Китае Виктора Боршевича «Траектория молдавского мифа в зеркале геополитической реальности», в которой утверждает совершенно немыслимые вещи о том, что по происхождению и языку мы румыны, но по менталитету и — что самое главное — самоопределению мы молдаване, хоть обвиняйте нас в тупости и в том, что мы забыли о «духе румынизма». В этом смысле автор попытался в завуалированной манере предостеречь Румынию об угрозе, которую таит в себе то, что он называет «распространением румынизма» в Республике Молдова. Он дал понять, что официальный Бухарест, по сути, должен опасаться присоединения Республики Молдова, так как это может привести к федерализации Румынии в случае возможных притязаний со стороны Молдовы и Трансильвании на статус субъекта федерации. Обосновывая свой тезис, автор ссылается на то, что главным лозунгом Движения национального возрождения в бывшей Молдавской Советской Социалистической Республике был «Unire Moldoveni», а не «Unire Romani».

С этой точки зрения отношения правящей партии в Республике Молдова с недавно созданным Сообществом молдаван Румынии претендуют стать первым толчком к осознанию со стороны «10 миллионов» румынских граждан того факта, что, по сути, они являются молдавским меньшинством, право на признание которого обязуется отстаивать официальный Кишинев. Это событие было широко освещено в средствах массовой информации, осуждено и высмеяно. Тем не менее, молдавские власти должны отдавать себе отчета в том, что, ввязываясь в такой проект, они сильно рискуют. Особенно сейчас, когда в Москве организация «Патрия — Молдова», которая объявила себя оппонентом нынешнего молдавского руководства и претендует на то, что представляет интересы более полумиллиона гастарбайтеров, являющихся гражданами Республики Молдова, готовится провести очередной, третий съезд, на котором, по всей видимости, выдвинут претензии к властям своей родины. Известно, что «Патрия — Молдова» выступает также в защиту прав меньшинств в Республике Молдова и уже призывает к улучшению молдавско-российских отношений, в том числе через поддержку требований Приднестровья и Гагаузии о федерализации и даже конфедерализации Республики Молдова. Но для начала официальному Кишиневу придется ответить на сформулированные уже требования нового руководства Гагаузии о праве на образование региональных, точнее говоря — этнических партий, о праве территорий на представительство в высшем законодательном органе страны и т.д. С учетом этого выступление молдавских властей в защиту прав меньшинств Румынии следовало бы подтвердить предоставлением и соблюдением аналогичных прав в собственной стране.

Вышеизложенные выводы необходимы для того, чтобы высветить проблемы, которыми озабочены молдавские власти в процессе европейской интеграции, и попытаться понять: почему все-таки не принимаются концепции внешней политики и безопасности.

Динамика восприятия социально-экономической и политической ситуации (Часть I)

  1. «Московские политики сами себе создают врагов», политический комментарий агентства «Moldpress».
Динамика восприятия социально-экономической и политической ситуации (Часть I) Приднестровское партостроительство: новое или хорошо забытое старое?